Когда начинаешь учить иностранный язык, тебе обещают определённый порядок. Вот правила, вот окончания, правильное произношение. Выучи всё это - и однажды заговоришь с местными жителями.

Когда мы начали жить на две страны и Лена* переехала на Кипр, то она сразу приняла решение изучать греческий язык и подошла к этому вопросу серьёзно. С большой тетрадью, записями, упражнениями и желанием докопаться до логики каждого слова. И чем больше она учила, тем сильнее иногда становилось недоумение. "Девушка с большой тетрадкой", - так ее стали называть местные через некоторое время, потому что Лена постоянно носила с собой эту тетрадь и записывала в нее буквально каждое слово или фразу.

В учебнике всё было понятно. А стоило выйти на улицу, заговорить с киприотами - и язык внезапно переставал подчиняться аккуратной системе. Люди произносили слова иначе.

Использовали непривычные конструкции. Меняли порядок слов. На вопрос «Как правильно это сказать?» разные собеседники могли дать разные ответы.

А иногда местный житель вообще говорил:
- Не знаю, как это будет по-гречески.

Поначалу Лена решила, что проблема в ней. Она учит недостаточно усердно. Не может запомнить произношение. Не улавливает правило, которое для остальных очевидно. Она описала это ощущение очень точно: словно слепой котёнок, который тыкается в разные стороны и постоянно натыкается на препятствия.

А потом пришло открытие.

Кипрский греческий - это не испорченная версия учебника. Это живой язык со своим произношением, словарём, диалектными особенностями и множеством разговорных вариантов. Причём сами киприоты говорят неодинаково. Речь зависит от возраста, образования, семьи и населённого пункта. Где-то сильнее слышен местный диалект, где-то речь ближе к стандартному современному греческому. И далеко не каждый носитель языка способен объяснить правило, которым ежедневно пользуется.

Мы ведь тоже не всегда можем объяснить иностранцу русский язык.

Почему мы говорим «поехать на Кипр», но «вернуться с Кипра»? Почему человек «идёт на работу», хотя едет туда на автомобиле? Почему «ничего себе» может означать сильное удивление, если буквально в этой фразе почти нет смысла? Мы просто так говорим. Но от иностранца почему-то ждём, что он сначала разберётся во всей системе и только потом откроет рот.

На Кипре Лена обнаружила ещё одну приятную особенность: местные обычно хорошо относятся к человеку, который пытается говорить с ними по-гречески.

Вы можете перепутать окончание. Неправильно поставить слово. Произнести фразу с таким акцентом, что она доберётся до собеседника окольными путями. Но вместо раздражения часто получаете улыбку и желание помочь. Для киприота ваша ошибка - не обязательно признак неуважения. Наоборот, сама попытка перейти на его язык уже воспринимается как знак внимания.

Наверное, именно страх ошибки мешает взрослым учить языки сильнее, чем плохая память.
Ребёнок не ждёт, пока освоит всю грамматику. Он говорит теми словами, которые у него есть. Взрослый хочет сначала подготовить идеальную фразу, проверить окончания и только после этого вступить в разговор. В результате ребёнок разговаривает, а взрослый продолжает готовиться.

Лена не перестала учить правила. Ей по-прежнему интересно понимать внутреннюю математику греческого языка. Но теперь к этой математике добавилось другое знание: живой язык всегда больше учебника. Его невозможно освоить, не соглашаясь иногда выглядеть смешным, не переспрашивая и не произнося неправильные фразы.

Поэтому лучший момент, чтобы начать говорить, наступает не тогда, когда вы выучили всё. Он наступает тогда, когда вы готовы ошибиться - и всё равно продолжить разговор.

*Лена - Елена Михайлова (моя супруга - прим.Александра Назарова)
История записана со слов Лены